Про Париж

декабрь 2007 — январь 2008

В Париж я попала практически случайно. Одна из моих приятельниц вдруг захотела съездить туда «чтобы понять, «почему же Париж так не понравился в прошлый раз», мой новый приятель снял про Париж чудный фильм, который я смотрела сама и показывала подругам, родне и просто случайным знакомым. Другая моя подруга под влиянием этого фильма захотела пожить там хотя бы недельку, и я из стадного чувства и под гипнотическим влиянием голоса Джо Дассена и видеоряда Елисейских полей обратила взор на тур «Блеск и шарм Парижа» в Новый год.

Печальные события задержали мою подругу, приятельница решила сберечь деньги для летней поездки, новый знакомый выбрал другие дороги и я в результате отправилась в Париж в одиночку. Хотя это неправильно по определению. Вообще-то в Париж ездят с возлюбленными… Это теория такая… (Видела я этих возлюбленных возле собора Парижской матери. Стояли в очереди в собор позади нас, мужчина, не переставая гундел, что лучше бы пойти купить чемоданы и колбасы, чем проводить время в очередях. В чем-то он прав, но спутнице его пришлось трудно.)

В автобусе со мной рядом села Юля из Калининграда. Часа через три мы поняли, что мы созданы друг для друга в этой парижской поездке и в гостинице решили поселиться вместе.

Испытания начались сразу. Знаю я эти парижские отели три звезды, обшарпанные и небольшие номера, скудные завтраки из кофе и багетов. Тьфу! Вспомнить противно.

Заходим в номер — кровать одна и примерно полуторка… Ошибка? Решили вернуться на рецепшен и взять нормальный номер на двоих. Боевая пенсионерка из наших сказала: «Девочки, все нормально — из-под верхней кровати выдергивается нижняя! Я все поняла!» Выдернули. Одна нормальная, а вторая кровать на полу. Опять пошли на рецепшен. Опять прибегает наша боевая бабуська: «Девочки, все нормально! Если с пола кровать приподнять, то вываливаются ножки! Я все поняла!» Чтоб мы без нее делали без этого пожилого энерджайзера! Спали бы, как цыгане, на полу! Ей-Богу!

Сели в автобус, поехали по вечернему городу на пристань к Эйфелевой башне кататься на корабликах. Очередь на посадку организована очень толково, турникетами, движется очень быстро, кораблики идут один за другим. Эйфелева башня вся в огнях, каждый час начинает сверкать бриллиантами. Вечер теплый, душа поет: «Мы в Париже!» Все начинается неплохо.

31-го с утра экскурсия по городу. Марина(гид) – профи, слушать приятно. Как настоящий «профи по Парижу» она ведет группу после экскурсии в музей духов Фрагонар.

Мы с Юлей идем к Опера Гарнье в надежде посетить ее как музей. За 7 евро посмотреть на потолок, облагороженный Марком Шагалом. Очередь в кассу (в основном японцы) извивается сто раз и выходит на улицу хвостом. (мирно стоят).

Потолкались в вестибюле, позаглядывали через плечи охраны, поискали другие кассы. Узнали, что все билеты на все представления января проданы. Грустно, но что мы хотели! Я об этом еще в интернете дома читала. А на улице местный «жучок» предлагает билеты на вечер в ложу на балет «Пахита». За 80 евро, и места ничего. Подумали… пошли, вернулись, еще подумали. Говорю: «А за 40?» Сошлись на 60 евро.

Время до вечера провели в районе Дефанса. Днем это нагромождение блочных архитектурных конструкций, арка Дефанс с парусом и обзорной площадкой. Но когда наступили сумерки, Золушка превратилась в Принцессу. Все как очнулось и заблистало и запереливалось цветами радуги, окна высотных домов образовали световые узоры, магазины казались раем. Что там делалось в этот вечер 31-го декабря! Весь Париж и пригороды по-моему решили скупиться в магазинах Дефанса. Я зайти в Ашан не рискнула. Был шанс не вернуться.

Переговорили с водителями и они на обратном пути проехали так, чтобы высадить нас ближе к Опера. Спасибо им!

В Опере классно. Француз в изящно завязанном шейном платке, изъясняясь на правильном литературном русском языке, направил нас к нужной ложе. Ложи в малиновом бархате, пальто вешают там же в ложе, в малюсенькой прихожей. В антракте – фуршет. Шампанское, соки, канапе. Я думаю, мы этим шампанским свои евры отбили. Хотя на мой русский вкус от такой кислятины толку немного. Но халява всегда приятна. Мы красиво снялись с бокалами в фойе, поглазели на уникальный потолок. На мой взгляд в такой театр надо бы потолок с богами и купидонами в белых одеждах и розовых облаках. И цветочные гирлянды по периметру. Но французам виднее, их театр. Шагал так Шагал! Местечковая пара плывет в звуках музыки.

Спектакль был неплох, музыка гремит, декорации приятные, публика великолепна. Чего еще надо, чтобы достойно встречать Новый год в Париже!

После спектакля, заходя во все кафе по дороге, направились вслед за толпой к Лувру, вроде как на встречу Нового года. В 12 люди заорали УРА!, пробки захлопали, машины загудели. Пролетело штук десять петард. Какой-то доморощенный салют из нескольких ракетниц.. Власти ничего для публики не приготовили, боятся терактов, и французы и туристы развлекали себя сами, как умели.

Минут в 15 первого мы бочком стали пробираться к метро. Метро вечером 31 декабря и до 12 дня следующего в Париже бесплатное. Сурприз!

Поэтому 1-го утром в Диснейленд мы приехали совершенно свободно. Кассы метро и RER были просто закрыты. RER- это такая парижская скоростная электричка, продолжение метро за пределы города.

Диснейленд занял наши души на целый день. Мы были в сказке. Это было и сном и фантазией и реальностью конечно. Обрывки воспоминаний: стоим вдоль турникетов, выстреливаемся из пушки, наши фото в витрине с зажмуренными глазами и искаженными лицами, пещера Алладина, куча кафе, ресторанчиков, фаст-фуда. Замок спящей красавицы с огнедышащим драконом, голубая мечта розового детства- карусельки (мы прокатились! Юлька на лошадке, я , как боярыня Морозова , в санях). Летим вверх-вниз, кверху тормашками с горы в каких-то вагонетках, в компании русскоговорящих армян едем на паровозике вокруг парка. В других вагонетках катим по ночному кладбищу , скрипят крышки гробов, качаются кресты, жуткий хохот сотрясает все вокруг, то хохочут потревоженные мертвецы, они встают из гробов и тянут к нам костлявые руки… Это аттракцион такой, сами понимаете. В десятом часу вечера был красочный заключительный парад героев по главной аллее, все блистало, сверкало и пело. Аллеи переливались голубыми огоньками. На холме сиял розовый диснеевский замок. Юля рядом твердила: «Я в сказке!» А я с ней соглашалась. День прожит не зря. Хотя уши в этих трясучих аттракционах отхлопала и дооралась и довизжжалась до хрипоты. Полный релакс и впадание в детство!

«Домой» вернулись к полуночи.

Лувр, Версаль со своими королями слились в один парадный зал воспоминаний.

Зал Рубенса в Лувре показал мне нового Рубенса — придворного, глянцевого. В этом зале на его картинах матрон с центнерами целлюлита нет. Великолепные боги и богини, короли и королевы. Да, не первой молодости, да, весьма в теле! Но какое величие! Я, правда, предпочитаю Бахуса и Бобового короля.

А в Версале висит портрет нашего Петра Первого (инкогнито, без каких-либо надписей, но мы-то своего царя знаем и в лицо и по фамилии — точно, Петр Алексеевич Романов!)

Были у Родена на улице Варене. Двухэтажный особняк с прекрасным садом и застекленной галереей со скульптурами. Мыслитель сидит на высоком постаменте в саду.. В роденовских «Поэте и музе», в «Вечной весне», «Поцелуе» — тех, что в нашем Эрмитаже, была поэзия, высокое чувство. Музей Родена поразил изощренной Камасутрой. Сложные конструкции и сочленения человеческих тел удивили и развеселили.

Вечером пешком поднялись по узким улочкам Монмартра на самый верх к Сакрекёру, обозрели собор, помолились деве Марии, поставили свечи в стоящей рядом еще одной церкви подемократичнее и вышли на площадь, где работают художники.

В сумерках стало холодно. Спросили горячего вина в ближайшем кафе. Нам радостно закивали и усадили за небольшой столик. Там мы и провели остаток вечера. Я рассматривала юного официанта, который был в восторге от своей работы, от своих клиентов, от еды, которую им носил. Он радостно откликался на просьбы сфотографировать компанию, смешил детей и при этом носился с тарелками и бокалами по небольшому залу как заведенный. Мы не удержались и заказали ужин. Он быстро принес тарелки и приговаривал «Мама! Мама!» Он решил, что я Юлькина мама.

За столиком напротив ужинал хозяин заведения. Колоритный дядька лет 60. Я делала вид, что позирую на камеру, а Юля снимала как он сидит, как ест, как держит бокал и сердилась, что фотоаппарат не может толком передать его обаяния.

Музыкант за пианино сказал Юле:
— Спой!
– Не пою.
— Тогда сыграй!
— Не умею.
— Тогда я тебе сыграю.

И сыграл чудесную мелодию, очень знакомую. Сейчас, как после сна, когда сон ускользает с пробуждением, я не смогу ее вспомнить. Но это было так трогательно, романтично и опять вечер стал похож на сказку или добрый сон. Третий, заметьте, вечер подряд.

День четвертый мы бегали по городу, ездили в метро на Сите в Нотр дам де Пари, обедали в пирамиде Лувра, К вечеру потащились к Башне. Отстояли грамотно устроенную очередь, билеты взяли до уровня №3. Марина обещала там адреналин. Только с адреналином как-то не получилось. Не забирает. Может ветер был слабоват? Деньги выброшены на ветер. Вид что со второго, что с третьего уровня — ночной Париж, как на карте. Если нет разницы — зачем платить больше?

Опомнились в 20-45, а в 21 нас ждали в кабаре «Лидо». Юля сказала: «Нас спасет только чудо!» И — пожалуйста! Боженька послал чудо! Только вышли к дороге, останавливается такси, высаживает пассажиров, мы садимся и чудесным образом через 10 минут уже выбираемся из такси у входа в кабаре.

Наилюбезнейшие мужчины в черном встречают гостей у входа, провожают к гардеробу, затем усаживают за столики на балконе. Внизу в зале сидят те, кто заказывал ужин, они сидят с 19 часов. На столиках бокалы, серебристые ведерки со льдом, в них по 2 бутылки с шампанским.

Представление идет часа полтора. Высоченные девицы топлесс танцуют. Одна поет под фанеру сильным голосом. Актеры выступают с цирковыми номерами. Один раз на сцену выезжает всадник на живой лошади, другой раз вывозят пластикового слона. Костюмы – дас ист фантастиш! Остальное не лучше нашего мюзик-холла, так, добротный дом культуры. И топлесс на мой взгляд унылый – «ушки спаниеля» в основном. Причем тетки очень высокие, ноги длиннющие, как стрелы подъемного крана. Может быть это трансвеститы?… Ну это я, конечно, погорячилась! А все потому, что шампанское у них — кислятина, одна изжога от него, а радости нет. Мы вчетвером и половину бутылки из положенных двух не выпили.

На обратном пути обнаруживается, что Юля мамин зонтик забыла в гардеробе в «Лидо». Пришлось вернуться. И мне тоже из солидарности и потому что я уже втянулась в роль юлькиной дуэньи. Дело к ночи и на пути обратно обнаруживается, что хотя метро и работает, но билеты уже не продают. Кассир пошел к семье. На станции группа полицейских с собакой- ночной дозор. Разводят руками: «Ноу тикетс!»

Но ведь французы! «Бьютифул герл, плиз!» До меня доходит, что он имеет в виду, я говорю: «Я тоже хочу бьютифул! И он проводит нас с Юлькой через турникет по своей магнитке-пропуску. Садимся в вагон и радостно машем и им и собачке. Полицейские машут нам в ответ. Четвертый день тоже заканчивается чудесами.

На пятый день с утра пораньше едем на Луару. Замки навестить королевские. Воздух Франции вдохнуть полной грудью. Вина попить, пирожных поесть. В общем, опять именины сердца. Автобус крякает и проседает под коробками и пакетами с вином от Жиля и сыновей. Я тоже купила пару пузырьков на память. Приятные люди, славное вино. Папа Жиль похож на Депардье. Усталые, но довольные опять в гостинице к часу ночи.

Последний день хотели посвятить шопингу, но по факту только дошли до парфюмерного с русскоговорящими продавцами, порадовали себя кое-какими радостями. Последний раз взглянули на Лувр, колесо обозрения, площадь Конкорд, помахали в сторону Елисейских полей и под французских шансонье покинули этот чудный город, в котором русские на каждом шагу и совершенно нет надписей на русском, нет проспектов в музеях, объявлений. Есть на французском-английском-итальянском-испанском-фламандском-японском (ну эти-то везде без мыла), а на русском языке – нет. Есть только аудиогиды в Версале и Нотрдаме. И забавный проспектик в Амбуазе, напечатанный в типографии, где букву Р, видимо, съели мыши. Текст получился с французским прононсом: «Ваше пъебывание в Амбуазе…» Может, нас французы не любят? Или считают, что наши нации понимают друг друга без слов? Для меня это загадка.

Маргарита
01/02/2008 10:28

Источник