Очень правдивый рассказ обо мне и Египте…

октябрь 1998

Свой первый отпуск, который выпал на вторую половину «солнечного» месяца октября мы с подругой решили провести в Египте. Тепло и недорого.

В день нашего вылета выпал первый снег. Мы с Женей были обмундированы по полной программе: шерстяная водолазка, джинсы, кожаная куртка — среднестатистическая осенняя одежда… Распрощавшись в Шереметьево II с провожающими родственниками мы впервые пересекли границу нашей родины — пока только в аэропорту — и, получив на руки посадочный талон, прошли в самолет. Примерно через четыре часа, после утомительно долгого разглядывания окружающих людей и приборов и чтения трижды прочитанного журнала, в иллюминаторе появился ландшафт Египта: песочница с узеньким ручейком Нила и голубым краешком Красного моря. При снижении на море заметны белоснежные кораблики и крошечные коробочки домов вдоль берега. Оживление среди пассажиров нарастает и, наконец, пилот объявляет, что: «Наш авиалайнер совершил посадку в аэропорту Хургады, местное время 16-10 , и за бортом +30 градусов.»

По салону разносится всеобщее у-у-у-у!!!!! и народ начинает судорожно стягивать с себя все, что поддается стягиванию. Но есть и предел возможностей: мы с подругой остаемся в джинсах, причем Женьке не удалось расстаться и с водолазкой. Сочувствую…

В проходе, у трапа из самолета, образовалась толпа. Когда же пришла моя очередь покинуть ИЛ-86 я поняла, что вовсе не патриотическая привязанность к частичке Родины удерживала людей на борту, а резкий контраст между прохладным воздухом в салоне с удушающей жарой и палящим солнцем снаружи. Но выбора нет и мы с Женькой учащенно вдыхая сухой, горячий воздух мелкими шажками стали двигаться к выходу, являя собой туристическое пугало: в руках чемоданы, сумка через плечо, вокруг талии кожаная куртка, которая имела обыкновение постоянно развязываться и сползать, препятствуя моему и так не быстрому передвижению.

Доковыляв таким образом до здания аэропорта мы столкнулись с группой встречающих нас египетских джентльменов размахивающих табличками с названиями туристических фирм. Причем все они достаточно неплохо говорили по-русски, а вот мне пришлось изрядно потрудится для того, что бы восстановить в памяти свои скромные знания английского языка. Кое-как заполнив анкеты и заплатив консульский сбор — 15 $ мы благополучно прошли таможню, отметились, а точнее сказать вычеркнулись, у гида-встречающего в каких-то списках и вышли из аэропорта на поиски, как нам сказали, синего автобуса. Как опрометчив был наш поступок стало ясно лишь тогда, когда, очутившись на стоянке, мы увидели огромное количество автобусов: синих, сине-белых, сине-красных, синих в белую полоску, белых в синюю полоску, в синий горошек если хотите!…

Женька и я, мягко говоря, заволновались. К тому же, внезапно, буквально за 3 минуты резко стемнело ( как потом выяснилось в Египте всегда солнце садится очень быстро). Природа еще больше нагнетала ситуацию и я бы не удивилась, если бы засверкала молния, раздался гром или на худой конец случилось бы землетрясение! Почуяв, что промедление в данной ситуации смерти подобно, мы резко рванули к зданию аэропорта на поиски гида. Но вход нам преградил, вылепленный, словно из воска, абсолютно черный в абсолютно белой форме солдат с устрашающей винтовкой. Пути назад не было. Вокруг суетились расторопные носильщики и чуть ли не вырывая сумки из рук предлагали их поднести в любом направлении, но сначала хотя бы нужно было определиться с направлением. Мы с Женей заняли круговую оборону и вцепились мертвой хваткой в свои чемоданы, даже куртка стала мне неожиданно дорога. В таком состоянии с подкашивающимися коленками и дрожащими руками нас обнаружил гид и наконец то довел до автобуса.

Переезд до Каира должен был занимать около 6-7 часов. Дорогу, проходившую по Аравийской пустыне, освещала крупная Луна. Где-то за горизонтом полыхали зарницы, на мгновение озаряя все вокруг. Временами, приблизительно каждые 10-15 минут, мы проезжали мимо огромных факелов высотой несколько метров, назначение которых мне не известно до сих пор. Я мечтала о том, что уже завтра буду на пирамидах, увижу Сфинкса, побываю в Каирском музее о котором много слышала от знакомых. Здорово!.. Но!.. Но, оказывается, за день до нашего приезда в Египте произошло, можно сказать, величайшее событие -дождь! И дорогу на Каир размыло!… То есть, выражаясь более конкретно, мы проехать не сможем. Это после того как позади остались 5 часов пути, а до Каира всего лишь час. Но кроме этого еще и сломался автобус. Или нам сказали что он сломался, потому что в салоне началось восстание в лице одного из пожилых туристов. Все развернулось почти как по Белинскому: революционеры (одна семейная пара) разбудили Герцена (мужчина лет 60 до этого спавший тихо и спокойно), Герцен развернул революционную агитацию. Дело приближалось к выбору вождя и тайному голосованию. Разумнее всех поступил гид — он, придерживаясь позиций самодержавия, отказался говорить с народом, а точнее — понимать его — притворился что вообще забыл русский язык и больше не реагировал на провокации и шантаж. Тем временем водитель с молотком (!) и фонариком, в белом халате(!) вышел в ночь чинить транспортное средство. Мы окончательно проснулись, хотя был уже час ночи по московскому времени и вышли из автобуса. Оказалось, что наша остановка на берегу Красного моря. В ночи оно казалось грязным и неприветливым, волны, перемешанные с песком, подкатывались к берегу и шурша отступали. Спускаться туда не было ни малейшего желания, да еще одна из туристок предостерегла нас от этого: — Девочки, — сказала она голосом полным волнения — вы видите там крокодила, видите!?..

На берегу действительно лежало что-то крокодилообразное, и мы неуверенно пролепетали:

— Видим,… — и совсем тихо — Кажется…

Только неделю спустя меня осенила здравая мысль — крокодилы в море не водятся…

И все-таки водителю удалось починить автобус с помощью молотка, мы заняли свои места, делая тщетные попытки лечь на сидении калачиком и заснуть. Предстоял обратный путь в Хургаду…

Не смотря на то, что в гостиницу мы прибыли фактически на неделю раньше, чем предполагалось, нас поселили в заранее обесчанном номере с видом на море. Отель Marlin Inn располагался на самом пляже и, хотя занимал совсем небольшую территорию, был очень уютным. Как большинство прибрежных отелей, он состоял из большого административного здания и нескольких двухэтажных бунгало, а так же бассейна, волейбольной площадки, мини-баров и проката снаряжения для подводного плаванья.

Осмотревшись в отеле, мы с Женей отважились выйти в город и оценить окружающую территорию. Не смотря на то, что собственно город представлял из себя одну большую стройку, рядом с гостиницей обнаружилось огромное количество магазинчиков и неплохое кафе в европейском стиле, с довольно приемлемыми ценами. Убедившись, что от голода здесь не умирают, мы, по совету одного из русских туристов, поймали маршрутное такси (тариф стандартный — 1 фунт), и поехали в центр города, где нам довелось увидеть немало интересного.

Особого внимания заслуживают государственные учреждения. Одним из них был «телефон централь» — место, где можно позвонить по телефонной карточке раза в три дешевле, чем из отеля. «Телефон централь» представляет собой помещение со стойкой, за которой находятся служащие (все исключительно мужчины), неусыпно бдящие разбитые телефонные будки с торчащими из стены и потолка шнурами и проводами. В одной из них можно было через стену наблюдать кусочек безоблачного голубого неба. Эта брешь в стене была весьма кстати, так как служила дополнительным вентиляционным отверстием: в помещении стоял смок от непрекращающегося курения сотрудников.

На «Телефон централь» мы познакомились с Ахмедом. Он немного говорил по-английски и когда-то жил в Польше, поэтому общение происходило весьма своеобразно, на англо-польско-русском языке с применением всех возможных и невозможных жестов и максимальным использованием мимики.

Ахмед возложил на себя обязанности гида и, не взирая на робкое сопротивление с нашей стороны, повел показывать основную достопримечательность старого города — рынок. Что поразило меня в египетских торговцах, так это то, что национальность своих потенциальных покупателей они угадывают с первого взгляда. Русских, наверное, индифицируют по бледному цвету кожи с ярко выделяющимся на основном фоне красном пятне обгоревшего носа. И тут же начинаются приветствия на родном великом и могучем:

— Раша? Как дела!? Хорошо!?

Ахмед привел нас в лавку своего друга, отрекомендовав ее как самую лучшую и дешевую, хотя все магазинчики похожи друг на друга как братья-близнецы и ассортимент везде стандартен: различных размеров жуки-скарабеи, верблюды, носороги, слоны, бегемоты и чудесные ослики, воплощенные как в дереве так и в камне, всяческие амулеты и, конечно же, фигурки тутанхамонов, рамзесов, клеопатр. Богини-кошки, сфинксы, пирамидки вперемешку с солнечными очками, футболками и бейсболками, флакончиками с духами и кожаными ремнями.

В другой лавке нам посчастливилось приобрести памятное блюдо с изображением чуть ли не всей истории Древнего Египта. Блюдо, по увереньям продавца, золотое, напоминало по своему цвету медь, а по весу алюминий. Причем его, оказалось, легко деформировать — при падении оно погнулось. Но вообще то, хорошая вещь, если не ронять, конечно.

На прощанье Ахмед, поймав маршрутку, провожает нас до отеля, предварительно получив мой ( ну или почти мой…) московский адрес. Вообще, мы довольно легко растались, обычно, в Египте, следом за вопросом: «Как дела?» нас спрашивали о замужестве, и, узнав что мужа нет, предлагали себя в качестве такового. Это случалось даже тогда, когда я, захлебываясь из-за дырявой маски в водах Красного моря, пыталась одновременно не наглотаться воды и разглядывать великолепнейшие кораллы, а добровольный спасатель и одновременно проводник, вытаскивая меня из воды, не прекращал задавать вопросы: «Married? Husband?»

Не смотря на дырявую маску, не смотря на то, что с ластами отношения у меня не сложились: ноги в них заплетались одна за другую, подводный мир Красного моря — это нечто впечатляющее!…

Разноцветные кораллы причудливых форм образуют собой подводные острова и одновременно служат убежищем для бесчисленного множества разноразмерных рыб всевозможных расцветок. Черные, черно-белые, красно-синие, желто-зеленые и фиолетовые… комбинации всех различных цветов и оттенков можно встретить на их чешуе. Вот в кораллах снуют коричневые рыбки с красными хвостами и поплавками, одинаковые, как в форме, и сюда, видимо случайно, попадает черная рыбешка. «Армия» коричневых тут же забыв, что лишь секунду назад торопилась в кораллы, меняет траекторию своего движения и выгоняют чужестранку прочь. Где то поглубже, «медленно, но верно», передвигается большая полупрозрачная белая рыба, размахивая крыльями-плавниками. Из кораллов торчат черные длинные иголки морских ежей — жутко, но завораживает… Стайки мелких рыбок при малейшем движении руки резко меняют свое направление градусов на 45 поражая своей синхронностью и, кажется, что в море идет серебристый дождик.

Красота необыкновенная! И для того, что бы увидеть все это, не надо быть профессиональным ныряльщиком, достаточно лишь надеть маску и трубку — все это великолепие у самой поверхности воды! А вода!… Лазоревого цвета, необычайно прозрачная — просматривается все дно на глубине нескольких метров. Утонуть сложно даже при большом желании — море очень соленое, волн практически нет, можно полежать на воде наслаждаясь полным бездействием. А потом «вплыть» на золотой песчаный пляж и греться на солнце до изнеможения, временами зарываясь в горячий песок….

Кроме потрясающего отдыха на пляже нам предстояло совершить тур по Египту, включающий в себя множество экскурсий и круиз по Нилу.

Круиз начинался в Асуане, до которого надо было добираться на автобусе около 6 часов. Вероятно, после неудачной поездки в Каир у нас выработался иммунитет к дальним переездам и через 15-20 минут пути весь автобус (кроме водителя, конечно) уже спал.

Временами, просыпаясь, можно было лицезреть египетские пейзажи: пустыня днем разительно отличалась от того, что мы видели, а вернее не видели, ночью. Дорога, по которой двигался автобус, простиралась до горизонта, а вокруг — нескончаемые пески и фиолетово-розовые песчаные горы. Ближе к Асуану маршрут пролегал по дельте Нила, где вся территория, пригодная для земледелия, была, как бы расчерчена на квадраты и прямоугольники и разграничена рядами финиковых пальм.

Во время проезда через поселки и мелкие городишки, поражала вопиющая нищета и убогость зданий. Все они, на 99% , были недостроены и большинство без крыш, но, как нам объяснили позже, крыша в Египте с его жарким климатом совсем не обязательна, а дома не достраиваются из-за того, что за незавершенное строительство налог на недвижимость не берется. Так и живут из поколения в поколение. Хотя порой из этих развалин виднеются тарелки параболических антенн рядом с развешанным бельем и пасущимися козами. Мистический пейзаж…

В Асуане нас поселили на корабль, который носил гордое название «Комфорт-2» и был тут же окрещен язвительными туристами в «Дискомфорт-3». Хотя рейтинг его составлял 5 звезд, судно не было верхом совершенства, тем более что рядом красовались более привлекательные пароходы. На всеобщее недоумение по поводу «звездности» гид заявил, что наш корабль действительно пятизвездночный, а те другие — шести — и семизвездночные…

После плановых экскурсий на Асуанскую плотину и Незаконченный обелиск Хатшепсут, мы провели несколько приятных минут, катаясь по Нилу на фелуках, с белоснежными парусами, плавно скользящих по поверхности воды. Романтику прогулки нарушали египетские дети, подплывавшие к нам на крошечных скорлупках. В одной руке они держали что-то вроде неглубокого ковша, которым попеременно то гребли, то вычерпывали воду из своих суденышек, другой же рукой требовали с нас деньги, сопровождая свои просьбы выкриками на разных языках. Получив пару монеток и завидев другую фелуку, вся «флотилия» в экстренном порядке двинулась к ней.

Здесь же в Асуане, нам довелось впервые посетить египетский DUTY FREE, который, как и следовало предполагать, не радовал глаз роскошью и разнообразием. Самое ценное, что там имелось — это алкогольные напитки, которые в открытой продаже безумно дороги.

Так как пиво продавалось непременно только оптом, пришлось скинутся «на троих» (Женя, я и наш гид Али) и приобрести ящик «Heineken». О таком страшном аморальном поступке в Женин паспорт была проставлена «черная метка» — печать с указанием времени и места преступления. Кроме того, проносить на корабль, а тем более распивать это пиво на палубе категорически воспрещалось. Пить же в одиночку в каюте не представляло интереса, поэтому, с наступлением кромешной темноты, чувствуя себя диверсантами во вражеском тылу, мы выползли на верхнюю палубу к носу корабля. Заговорщицкое настроение усиливала тишина, временами нарушаемая доносившемся всплеском рассекаемой речной глади. Внизу, под нами, была одна из величайших рек мира Нил, над головой иссини черное южное небо с бесчисленными яркими звездами, небо, при взгляде, на которое начинаешь философствовать об иных мирах и бесконечности вселенной,…а вокруг, вдоль берегов, черные причудливые силуэты пальм, разделяющих небо и воду. И все это вместе — Африка…

Мои размышления о бренности бытия прервал Али, который вышел на променанд со своим «контрабандным» пивом. Он сообщил, что минут через пять корабль пришвартуется и есть возможность сойти на берег.

Обретя сушу под ногами, мы узнали, что находимся в городе Эдфу, который примечателен наиболее сохранившимся во всем Египте храмом. Экскурсию туда предстояло проделать утром, а пока Али предложил посидеть в небольшом кафе на набережной. По его же рекомендации мы попробовали «настоящий» турецкий кофе (это в Египте то!..). Честное слово — большая гадость — сплошная кофейная гуща, слегка разбавленная водой.

И все же, ночные посиделки в прибрежном кафе дурно сказались на наших изнеженных московских организмах, а точнее животах. Всю ночь я и Женя сменяли друг друга на посту в туалете. Вывод: не стоит увлекаться местным общепитом…

Конечным пунктом нашего круиза были древние Фивы. Правда, от былого величия мало что сохранилось — даже название стало иным. На останках древней египетской столице теперь сосуществуют два города: на юге — Луксор, на севере — Карнак. Визитной карточкой каждого города являются одноименные храмы, которые потрясают своей грандиозностью и величием. Возводились они на протяжении правления нескольких фараонов — каждый пристраивал что-то свое, хотя Рамзес II не только строил, но и на понравившихся ему «чужих» колоннах и обелисках просто ставил свой картуш (клеймо с именем), приобщался к прекрасному, так сказать. Он же решил соединить храмы между собой аллеей бараноголовых сфинксов. К сожалению, в настоящее время от этой аллеи сохранилась лишь малая часть, прилегающая непосредственно к храмам.

К сожалению, в египетских храмах многое безвозвратно разрушено. Больше всего досталось фараонским гробницам, почти все они были вскрыты и разорены. Имя Тутанхамона широко известно миру лишь тем, что его гробница оказалась нетронутой вплоть до 1922 года, когда английский археолог Говард Картер обнаружил ее под строительными отходами многовековой давности…

Тем не менее, экскурсия в Долину Царей была одной из самых любопытных. Сама долина располагается в ущелье, защищенном от ветров и людских глаз обожженными скалами. Фараонская усыпальница представляет собой длинную камеру с залом, где когда-то находился саркофаг, царские сокровища и утварь, необходимая для жизни в царстве Осириса — бога загробного мира. На стенах прославляющее жизнеописание владельца гробницы, многочисленные изображения слуг и заклинания, прочтя которые «хозяин» может вызвать их к себе. Проход до зала с саркофагом опасен для непрошеных гостей — вестибюль состоит из сложного комплекса лестниц и проходов в которых встречаются колодцы-ловушки, загубившие не одну жизнь древних «старателей»…

Вдоволь наползавшись по гробницам и храмам, «утомленные солнцем» и перекормленные в ресторанчике со шведским столом, мы погрузились в поезд до Каира (здесь я опускаю процесс ожидания на платформе 2,5 часа… пустяки…). В вагоне мне довелось увидеть «новых египтян» — холеные египетские джентльмены в белых костюмах и с дипломатами. После такого напряженного дня очень хотелось спать и как-то незаметно наступило утро. Мы подъезжали к Каиру…

течением веков столица перемещалась неоднократно — Мемфис, Фивы, Александрия и в после воцарения в стране ислама, образовался новый центр — Аль-Кахира -сегодняшний Каир Главная святыня города — Цитадель (аналог нашему Кремлю), на территории которой находится известнейшая Мечеть Мухаммеда-Али.

Центральный купол этой мечети просто огромен и потрясающей красоты. Он как бы напоминает звездную восточную ночь из арабских сказок. Откуда-то сверху, кругообразно, на старинных цепях свисают шары хрустальных люстр, освещая застеленный коврами пол. Правда ковры эти изрядно истоптаны босыми ногами многочисленных паломников и туристов — обувь остается у входа в святыню.

Со смотровой площадки Цитадели, как на ладони, виден весь огромный Каир и, прежде всего, стоящие бок о бок мечеть Аль-Рифаи и мечеть султана Хасана, считающаяся самой большой исламской мечетью.

Свободное время вечером я и Женя решили посветить изучению города и приобретению сувениров. Для большей безопасности Али снабдил нас забавным «путевым листом» — на одной стороне бумажки он написал на английском и арабском языке название нужного нам места в городе, а на обороте — название нашего отеля и района Маоди, куда нам предстояло вернуться.

Показав шоферу такси «документ» и объяснив на пальцах сколько собираемся заплатить за проезд, мы сели в машину. Расположившись на заднем сидении, можно было беспрепятственно разглядывать ночной Каир: каркасы недостроенных домов и фешенебельные многоэтажные отели, шикарные мерседесы и понурые ослики, тянущие за собой груженые тележки, широкий Нил с пришвартованными к причалам ресторанчиками-параходами, реклама на арабском языке, призывающая смотреть какой то фильм, ухоженные пальмы и огромное количество людей на тротуарах.

Проехав минут 15, шофер что-то пробормотал по-арабски, остановил машину и жестом предложил нам расплатиться с ним и выйти. Затем вылез сам и открыл капот. Мы предположили, что у него, наверное, какие-то неполадки, но вероятно мы недалеко от места. Убежденные в своей догадке, на бум выбрали направление и робко двинулись вперед.

Очевидно, что это был центр города, но нужных нам сувениров почему-то не попадалось: магазины предлагали стиральный порошок, детские игрушки, одежду и какую то кухонную утварь. Свернув с центральной улицы, мы увидели, как велика разница между сверкающими неоновой рекламой и яркими огнями фасадами, и подворотнями, где беспорядочно разбросаны пищевые отходы и мусор на не заасфальтированных тротуарах. Местное население реагировало на нас весьма своеобразно: женщины смотрели с укоризненной насмешкой, зато мужчины весьма одобрительно ухмылялись и цокали языками. Откуда-то доносились фразы: «Welcome to Egypt!» «Здравствуй!», » Как тебя зовут?» и совсем меня выбила из колеи следующая, произнесенная на чистом русском языке: » В Каире можно все, только осторожно…»

Но конечно, для большинства туристов, Каир, да и Египет вообще, ассоциируется, прежде всего, с пирамидами. Хотя в Египте свыше 80 пирамид наиболее известными являются Великие пирамиды Гизы. Рядом с этими гигантами чувствуешь себя ничтожным лилипутом, и на фотографиях мы с Женей выглядим как две худые палочки, вскарабкавшиеся на подножье скалы. «Кирпичики», из которых построена пирамида, были мне по плечо, и, даже проявив чудеса ловкости, забраться выше не удалось.

Прибыв обратно в Хургаду , мы наконец то свободно вздохнули от такого насыщенного экскурсиями «отдыха» и еще раз в полной мере смогли насладиться всеми прелестями Красного моря. Вода и солнце видимо так очаровали нас, что мы, потеряв всякую бдительность, чуть ли не пропустили отъезд. Развалившись на пляже после всевозможных ныряний и заплывов, я и Женька услышали голос туристки из нашей группы:

— Ой! А вы тоже улетаете завтра?

— Да нет, сегодня…- был наш недоуменный ответ.

— Как? Ведь все ваши уже в холле собрались! За ними автобус пришел!…

— Спасибо-о-о-о-о!!…- на бегу, судорожно схватив вещи в охапку , прокричали мы.

Без наших персон автобус не уехал лишь благодаря тому, что внезапно развившееся в экстремальных условиях чувство предусмотрительности, заставило меня и Женю утромбовывать чемоданы накануне… Таможенный досмотр в аэропорту был весьма формальным, и не оставил каких-либо впечатлений, кроме оторванной ручки у моей сумки. Отъезд прошел в такой спешке, что даже перелет в Москву показался коротким. Подлетая к родине, сограждане дружно натянули шапочки и влезли в предусмотрительно заготовленные джемпера и штанишки. Наконец самолет приземлился в родном Шереметьево. Открыли «зеленый коридор» и вся толпа пассажиров, подталкивая друг друга сумками, ринулась на свободу.

Москва встречала мокрым снегом в сопровождении порывистого ветра. Серое ноябрьское небо навивало тоску, и, если б не мои , еще мокрые волосы, пахнувшие соленым Красном морем, то трудно было б поверить, что всего лишь в нескольких часах полета существует солнечный песчаный пляж, горячий воздух и многовековые пирамиды…

Светлана Ромашова
25/11/1998 11:43

Источник