Египет и Иордания

сентябрь 2004

Море, рыбки, шиша, в пирамидах ни шиша. Мойте руки перед едой. Лучше спиртом. А что же еще ждет нас в Египте? Меня ждала Иордания.

Поклонники пляжа, дайвинга и снорклинга, не бросайте в меня каменья! Начну с того, что в экзотические страны я даже и не собиралась, предпочитая пока Европу. И вдруг…

Все сложилось как нарочно: невозможность отлучиться с работы больше чем на 3 рабочих дня, полная апатия и дикая нервная усталость. Но в турагентство я пошла не за туром, а навестить подругу. А кто виноват? Поскольку в то время меня всем было жалко, то и она сагитировала меня отдохнуть в Шарм-эль-Шейхе. «Турнула», как я теперь говорю. Египет она очень любит, быстро нашла отель и билет на самолет, буквально в последние предпраздничные дни, расписывая в промежутках между телефонными звонками, как я буду расслабляться под ласковым солнышком, попивать винцо, курить кальян и плавать в синем море с разноцветными рыбками. И где были мои мозги? В них вяло шевелились хвосты мыслей:

всего одна неделя;
в Петру съезжу;
а там пирамиды-обелиски;
и наплаваюсь.

Я получила советы:

не обращать внимания на местных мужчин, ибо они безобидные (?);
давать бакшиш (??);
взять бутылку воды в самолет(???).

Времени не было ни на лазание по Инету, ни на консультации со знакомыми, я ехала совершенно не подготовленная, как будто в старушку-Европу. Пыталась вспомнить, чегой-то я слышала о земле египетской…

Неприятно удивила цена поездки. Оказывается майские праздники в Египте — высоченный сезон. Я начала задумываться, что бы могла получить за эти деньги в других местах… И сама себя остановила. Как можно жалеть эти бумажки! Главное — здоровье! И значит: вперед с барабаном.

Куда я лечу, стало понятно уже в самолете. У туалетов, невзирая на запах, тусовались толпы желающих отлить то, что влили в себя перед полетом и во время него. А в переднем салоне самолета кто-то танцевал в междурядье под собственный магнитофон. Стюардессы пытались их усадить — не усадили. Пилот стал объяснять про зону турбулентности, может, кто про французские духи и вспомнил… Уж когда два дяди подрались, загремели слова о депортации. Кажется, это были пустые угрозы. Не впервой небось!
Так я оказалась в «Роял Реджане», отеле с неустановленным количеством звезд. То ли пять, то ли четыре… Аллах его знает.

Сунутая портье десятка помогла. Мой номер оказался в непосредственной близости к пляжу, рядом с бассейном, оптимально приближен к главному корпусу, и в нем все работало. Дешево-то как!

Была ночь. Наверное, «тьма египетская» — думала не я одна. Звезд не было. На территории пахло произрастающими шалфеем, мелиссой и азотными удобрениями. Отель был белым и напоминал фильм об Аладдине. Вода в бассейне — синей. Море тихо плескалось, теплое и соленое.

Утром я спустилась на пляж аж перед завтраком. В первый же день вскочила в такую рань. А почему, не помню… Помню! Кондиционер шумел и не давал спать. Я выключила его и открыла французское окно. Вот и встала чуть свет из-за духоты. Оказалось, уже можно на пляж, греться на солнышке. Полчаса погрелась — какая-то дама объявила, что это ее лежак. Я думала, что она его из Москвы привезла. Оказывается, «здесь так принято»: занимать лежаки то ли с вечера, то ли с ночи, завязывая им (лежакам) ноги тряпками. Поскольку это была тряпка из разряда «все равно не жалко», догадаться мне было трудно. Собственно, я за свою длинную жизнь первый раз с таким и сталкиваюсь. Призвав на помощь выражение лица «по субботам не подаю» я авторитетно заявила, что мое полотенце к моему возвращению должно находиться на этом лежаке, а не где-нибудь. А что мне было делать? Оказаться при моей белизне под солнцем? Своя кожа все-таки ближе к телу.

Забегая вперед, скажу, что с каждым днем в силу разных причин я просыпалась все раньше, а свободных мест на пляже оказывалось все меньше. Причем были люди, загоравшие на занятых их полотенцами лежаках только с 10 до 11 и с 16 до 17, или совсем не появлявшиеся до вечера… хм… Что-то я не понимаю этот дремучий эгоизм.

Я, наверное, зря все это расписываю. Все нормальные люди, любящие пляжный отдых, знают это гораздо лучше меня. Но я — настоящий чайник, эти катаклизмы расслабленного отдыха для меня — диковина. Не отдыхала я в пятизвезочных отелях нигде. И никогда в жизни не говорила бы столько об отеле, если не этот тюремный тип отдохновения. О чем говорить бывшему отдыхающему Шарма? О тюря… пардон, об отеле. Не хотите — не читайте. Или в конце моих воплей есть немного о Петре для особо терпеливых.

Тем временем, я пришла на завтрак. Обеденный зал напоминал вокзал. Ложки-вилки звенят, очередь за яичницей и какими-то крошечными сосисками. До глубины души меня поразили очереди за едой. Гуськом двигались люди с тарелками, накладывая себе все подряд. Когда я попыталась кого-то обогнуть, на меня посмотрели как на пукнувшую в филармонии. А если я не ем макароны и картофель? Так и ходить как слепая лошадь? Впрочем, это было уже в обед. Кому не интересно — пропустите. Именно в Египте оказалось, что я чрезвычайно прихотлива в еде и питье. Ни в одной Европе, включая и Америку, этого не ощущалось. Бывало, что две недели ела просто одно и тоже каждый божий день. Почему бы и нет, если еда качественная? Здесь я была просто в отчаянии. На лицах окружающих эйфории также не наблюдалось.

Невкусные мясо и рыба — жаренные-пережаренные-тушеные-упаренные. В салатах попадаются прокисшие овощи. Творог перетерли с чем-то ненужным. Листовой салат с черными краями, червяки в помидорах. Можно есть мюсли, крутые яйца и жареный картофель, пожалуйста. Супы жидкие, но жирные. Фрукты: бананы, финики, фейхоа, апельсины. И больше никаких, что, справедливости ради, явилось милой особенностью «Роял Реджаны». Да и фрэш не радовал — из самых приторных фруктов, разве что кроме земляничного. Кстати, фрэш — за деньги. Дальше. В рыбном ресторане клиентов травили рыбой (тоже за свои кровные), в классическом — курица прикидывалась уткой. Если вам удается найти то, что вы можете съесть, ни в коем случае не отлучайтесь за чашкой чая, а лучше — даже не отворачивайтесь, ибо расторопные молодцы утащат тарелку с ненадкусанным питанием. Это они так шутят. Гости натужно улыбаются.

Без вреда для здоровья можно есть хлебобулочные изделия и десерты. А как же фигура? Никак. Мука исключительного качества, не даром Египет был житницей и Англии, и Франции. Ну, еще пицца, гамбургеры… Что там едят язвенники и прочие не совсем здоровые люди — загадка. Белоснежные одежды поваров доверия не внушали. Одноразовые перчатки, в которых нам раскладывали еду по тарелкам, вызывали смешанные чувства. Что там такое у них на руках? Вымыть нельзя что ли? Или проказа? Пес его знает, но в нашем отеле помимо большой армии страдавших банальной диареей, что вообще-то понятно, были и серьезно отравившиеся. Вы угадали, я тоже.

Однако во время завтрака я устыдилась своей борьбы за место под зонтиком. И решила не возвращаться пока на пляж, побыть у бассейна, тем более что там появился бармен… Ха! Водички, конечно, попить можно, тем более что с водой в отеле… Рапортую. В мини-баре была маленькая бутылочка с водой. И все … Совсем все… Ну, в смысле «все включено», если вы еще не догадались. Если тару выбросили, воду будете покупать в баре. Если бутылочка есть — можно налить водички из кулера бесплатно. Вспомнился совет насчет бутылки в дорогу, но я ведь ему не последовала… На вкус эта самая «барака» мне не понравилась. Именно поэтому я не стала на ней зацикливаться и обзаводиться другими бутылочками. Скоро захотелось минералки с газом. Бармен не понимал. Я решила, что здесь этого просто нет, ну нет и все! Получила вожделенное, когда попросила тоник. Вот. Какое большое значение принимают такие мелочи в заклю… пардон, на Красном море.

Пришлось мне одеваться и тащиться в лобби-бар, чтобы выпить бокал вина. На всей территории отеля можно получить только пиво, которое я просто не пью. Вино… Это вино… Ни красное, ни розовое, ни белое — молодым не было. Хочется написать «никогда». Оно было просто отвратительным. Я попробовала более крепкие напитки и поняла: одеколонный вкус египетского самогона не перебить ничем! И неважно ром это или джин. Одеколон — да и только. Так что у всех россиян с собой БЫЛО. Кроме меня. Неужели я все еще о еде и питье? Хм-хм…

Однако моя маска оставалась у бассейна. Угадайте с трех раз, те, кто был в Египте… Правильно, ей приделали ноги. Украли и муслиновый платок, которым я где только не закрывалась от солнца… Много лет… И забывала его везде… Всегда возвращали. А тут…

Декламируя шепотом кое-какие русские национальные выражения, я покинула негостеприимную забетонированную территорию возле бассейна, чтобы никогда уже туда не возвращаться. У моря все-таки легче переносится жара. Ложь о Египте начинается с температуры окружающей среды. Там не было 20 градусов ночью и 30 — днем. О нет! Солнце палило, забираясь под дырявый шалашик над головой. Как я могла понадеяться, что перенесу этот жар без тени деревьев? Ой, стыдно мне, конечно, перед вами, что я такая орхидея. Но моя голова не переносит солнечные и тепловые удары. Все-таки, я ею не только ем, но еще и работаю, жалко. Опять же хуже соображаю на солнце. А вот это не только моя беда.

Пес с ней, с головой моей, вот только пришлось сообразить, что множество дневных развлечений из списка вычеркиваются. И даже плавать, когда в голову печет (а печет с 10 до 16), пришлось поменьше. Эх, не научил меня аниматор задом вертеть не просто так, а по науке! Раньше я думала, что и так умею, ан — нет. И в полуденный волейбол я не поиграла. Вот досада!

Я стала развлекаться, как могла, то есть соблазнилась массажем на пляже. Но под навесом. Поскольку я все равно не соблюдаю хронологию, немного об этой процедуре. Уговорила меня женщина. Но я уже на второй раз перепрыгнула на стол к единственному мужчине-массажисту, разглядев, что он — лучший среди них. Хороший профессионал. Массаж бы отличный. Но в бочке меда… Его предшественница обо мне не забыла: постоянно подходила ко мне пообщаться, говорила комплименты. Уж чего мне стоило сдержаться, когда она подкралась ко мне во время массажа и поцеловала… Бр-р-р-р!!!

Что это за загогулины, люди добрые, скажите, пожалуйста! И за что я должна была терпеть ее приставания? Ну не в морду же ее нахальную, а?

А первый день все еще продолжается. После ужина я рванула в соседнюю бухту — Найама Бей. Доехали на шатле из отеля. Дело в том, что, во-первых, на новом месте усидеть я не могу, хоть осыпь территорию золотом, я все окрестности обегаю. А во-вторых, нужно было позвонить домой: то, что в номере все-таки не работало, оказалось телефоном.

Магазины — и удушливый запах парфюмерных эссенций, рестораны — и запах масла, на котором жарили еще в прошлом году. Огни дискотек. Веселое местечко. За телефонной картой зашла в лавку. Через минуту оказалась потесненной двумя молодцами в темный душный угол и… попыталась торговаться. Однако их общество было настолько неприятным, что, прекратив заниматься ерундой, заплатила требуемое — 45 фунтов за 15-фунтовую карту. В вышеуказанном углу разглядеть ее номинал не представлялось возможным. В поисках телефона куда-то свернула — темные закоулки с помойкой. Может быть, я постепенно и принюхалась бы как кошка, вывезенная на дачу, глядишь, расселась бы кальян курить, но… Русские люди научили египтян замечательному обращению: «Раша! Эй, заходи, халява!» Заходить расхотелось.

Несмотря на то, что я нарядилась а ля монашка на воскресной прогулке, египтяне меня очень даже заметили. Иногда за бугром меня с трудом идентифицируют как русскую, но только не здесь! Телефон я так и не обнаружила, обстановка совершенно не располагала к расспросам. «Эй, красивая!» У них, видите ли, все женщины красивые. Египтянки им только щеки показывают. И что эти бедолаги получают кроме танца живота? То-то …Женись, подлец, тогда получишь все остальное. Я старалась «не обращать внимания».

Они вынудили меня бежать с позором на такси уже через сорок минут, больше мои нервы не выдержали. Доехала я быстро, кажется это 15 км. Но уже на третьей минуте сбрасывала с колен руку таксиста, предложившего свои услуги в качестве временного мужа. Люди добрые, меня лапают без спроса, на скорости 120 км в час и за мои же деньги! Уж не сон ли это? А нас еще призывают больше им улыбаться! Зачем я буду улыбаться, чтобы показать, как мне все это приятно? Что со мной можно не церемониться и кричать мне «ЭЙ»? И хвататься за меня руками?

Хоть и долго я живу, но все еще чего-то не понимаю. Дура, наверное. Теперь я была лишена вечернего променада по магазинам, кафе, просто улицам. О радость ненужных покупок! О блаженство выпивания пятого из ненужных стаканчиков чая! О милые улыбки благодарности продавцов и официантов! И твоя — совершенно идиотская!
Где все это? Не смогла привыкнуть к тесному общению с аборигенами, сиди дома, т.е. в лаге… тьфу, конечно же, в отеле! Никогда не прощу.

Назавтра меня разбудили пунктуально в четыре часа, телефон еще не починили, поэтому кто-то постучал в дверь, молодцы. Я летела на самолете в Луксор.

Местами, куда я действительно стремилась, были Петра, Фивы, Каир. В таком порядке. Но за неделю… От Каира пришлось отказаться, он обязательно шел день за днем или с Петрой, или с Фивами. Я побоялась устать, и зря.

Нас раскидали на два автобуса, я не особенно слушала, кто, куда должен сесть, а протопала в автобус вслед за приглянувшимся гидом. И оказалась совершенно права. Самех был профессиональным то ли историком, то ли искусствоведом и отлично провел экскурсию. А на первой же остановке к нам перебежали из второго автобуса две барышни с округлившимися глазами. О, чудный Египет! Второй гид объявил для начала, что он — хирург, не больше не меньше, а дальше понес такую пургу… Лишних мест не было и девушкам пришлось ютиться на сиденье нашего гида, по-джентльменски уступившего им. А вторая группа под конец вояжа чуть в клочки не разорвала этого медика за особую познавательность экскурсии.

Город живых и город мертвых, мемносские колоссы, Карнак и Луксорский храм, дворец Хатшепсут… Все там были? Не все еще…

Средневековье? Почему же? Наверное, так жили и два тысячелетия назад. Крошечные саманные домишки. В открытых настежь дверях видна спинка кровати, и чьи-то ноги торчат из грязных тряпок. Феллахи с серпами в поле. Тяжелый труд обработчиков камня. Дети и животные вызывают два желания — накормить и отмыть. Как можно съесть эту овцу? Вернее, ЧТО в ней можно съесть? А сколько надоить молока?

Поизносившиеся поющие колоссы. Уже не поют. Неожиданно изящные росписи в мастобах, все эти птицы и звери. В медленно плывущей по Нилу фелюге хотелось плыть бесконечно, до самого Средиземного моря, и в Италию… Как Клеопатра. Вот какая-то неприличная особа — самая знаменитая египтянка. А как же царица Хатшепсут? Злобное мужичье самую память о ней хотело стереть с земли, никак не могли простить, что фараон оказался фараоншей. Ее дворец показался мне самым пристойным — стройным и небольшим. В отличие от Карнака. Его гнетущая грандиозность, монументальность… Боже, даже внутреннее озеро! Порадовала маленькая белая цапля. Живая! А когда-то по нему плыли священные барки. Почему каждый фараон посвящал свою жизнь ликвидации памяти о прошлом фараоне да возведению ненужных сооружений? Главное — чтобы лично его запомнили по имени. Может быть, поэтому и стал Египет колонией? Или потому что у них есть КЕЙФ?

О! Не все знают, что это такое. Это не баня с пивом, уж тем более не прыжки с парашютом. Делать вообще ничего не надо. Для этого нужно быть… не знаю кем… Кейф — существование в ожидании поезда, который никогда не придет. Только вдуматься…Философия неизбежности.

Здесь понимаешь, что «… Земля пребывает вовеки… и нет ничего нового под солнцем…».

Некоторые фрагменты стенных росписей поражали своей человечностью что ли… Не умею объяснить… Чтобы понять, что я имею в виду, нужно видеть своими глазами эти вульгарные сооружения. Как Рим похож на Египет… И насколько он приятней…

Очаровательные соотечественники расползались, как тараканы из-под тапочка экскурсовода. Что можно нового услышать об этих богах и фараонах? Главное отбежать вон туда, еще лучше — залезть повыше и сфотографироваться. Маниакальное стремление подтвердить — мы там были. А на фоне чего ты строил рожки своей жене? Пес его знает. О, священный скарабей, как же! В Карнаке нам Самех объяснял как школьникам, по нескольку раз возвращаясь к пройденному, о богах, имена которых никто не запоминал. О том, как с востока на запад плывет священная ладья, как лучи солнца должны упасть на жертвенный камень. Единственный вопрос, который он получил от любознательных россиян, звучал так: «А почему храм без крыши?». Ни убавить, ни прибавить.

Усталые, но довольные… Конечно, усталые. Чего стоят одни упражнения — выйти из автобуса — войти в автобус! После обеда гид предложил внепланово съездить на банановый остров. Там будет тень, река, ветерок — обрадовалась я, но зря. В нашей группе была и подгруппа из 17 человек, которая никак не хотела расставаться с кровными 5 долларами. И это после того, как их корпоративно за свой счет вывез на отдых директор, и даже эту экскурсию оплатил (кто бы сомневался). Спасибо тебе, добрый человек, от всех остальных 35 разморенных россиян! Отвези своих работничков в следующий раз еще дальше, как можно дальше, в круиз по Ледовитому океану.

И мы поехали — по плану — в парфюмерную и папирусную лавки. А в лавке изделий из местного камня уже были. Что, и о них рассказать? Ой, нет. Впрочем, я тоже купила себе папирус, когда внезапно увидела не профиль Нефертити, не птичек с иероглифами, а каменного уродца, совершенно не позолоченного. Спросила, кто это. Сказали, Бэс — бог — покровитель работающих женщин. Но дома оказалось, что этот самый Бэс — покровитель веселья и плясок. А также РОЖАЮЩИХ женщин. После короткого знакомства с египетским юмором это не удивительно. Однако как все древние божки-многостаночники он теперь защищает меня от злых духов. Что тоже совсем неплохо.

На следующее утро наступило «блаженное безделье, купание-загорание». Мда…

Ровными рядами лежали тушки товарищей-сопляжников, замученных менеджеров и хозяйчиков «со чадами и домочадцами», у которых хватило ума отдать столько денег (раза в три, наверное, больше?) за майские праздники на теплом море. Поражало присутствие множества крошечных детей и сильно беременных девушек. «Оздоравливаться» прибыли что-ли? Неправильно сказала. Не очень ровными были наши ряды. Каждый лежак старался заползти под зонтик, что особенно способствовало сплочению россиян и украинцев всех возрастов. Народ знакомился по интересам. Над моей головой затеялась беседа риэлтера и юриста. Уши заткнуть было нечем. Поскольку беседа была так сказать моего профиля, расслабиться и в этот день не получилось. Анекдотов никто не рассказывал. Где вы, немцы? Ау!

Периодически звонили телефоны, вызываемый сообщал: «мы на Красном море», после чего говорить уже было не о чем. На пляж тащили стаканчики со всякой бурдой, пиццу, гамбургеры, арбузы. Все читали Донцову, но никто даже не улыбнулся, честное слово! А зачем ее тогда читать? Вопрос риторический.

Несмотря на копошащихся тут же карапузов, взрослые пузаны молодецки сигали дурной головой вниз с понтона в кораллы. Понтон крякал и ходил ходуном. Счастье плескалось через край.

Долго я пыталась проникнуться любовью к рыбкам. Неодушевленных животных я как-то не люблю, зачем мне любовь без взаимности? Но одолела зависть… Посчитала себя обделенной простыми человеческими радостями: покормить мелкоту с рук, подергать мурену за хвост. Ну и что, «запрещено», а я буду! Потом рассказывать, какую рыбу видела (еще запомнить надо), главное — сфотографировать ее, а то еще не поверят на слово. Не срослось. И нырять я не люблю.

Как бы это… В нашей бухте Шарк Бей (ай да название!) рыбы были слишком прикормленными, чересчур живыми, так сказать. А кораллы совсем мертвыми, серыми и непривлекательными. Когда после очередного заплыва мне пришлось, задыхаясь от отвращения, пробиваться к берегу сквозь толпу медуз, а потом увидеть в пяти метрах от понтона плавник здоровенной рыбины… Почему я решила, что рыбы на поверхности не плавают? «Это акула!» — радостно кричал народ. После этого плавать приходилось с оглядкой.

Нет, о том, что не занимаюсь дайвингом, я даже пожалела. Все-таки занятие: обучение, плюс некоторое время проведешь под водой с рыбами, а не на берегу. Окружающий пейзаж совсем не радовал. Такие же отели на крутых и еще более крутых берегах бухты. Кругом незавершенное строительство, что у меня создавало ощущение родного дома. Расслабляйся тут…

Когда я раньше читала рассказы туристов об их пляжном отдыхе, всегда поражалась: как это люди только об отеле и пишут. А теперь… Что же я так мало написала об экскурсии в Луксор? Как-то на меня и не похоже. Размягчение мозгов от солнца происходит — вот что! Еще разок отдохну таким образом и совсем деградирую. Ну да, полная кретинка: кораллы не коралловые, еда не съедобная, солнце слишком солнечное. Но продолжу брюзжание.

Теперь о «сервисе». Представив, что в мусульманской стране обслуживающий персонал — мужчины, я не ждала ничего хорошего, и даже в первый раз домашние полотенца взяла. Пресловутые полотенца! Что человек, у которого жена ходит на два метра позади, знает что такое «обслуживать гостей», я и не надеялась. Но действительность превосходит наши ожидания… Уборщик моего номера отличался поразительной способностью — возникать на пороге через три минуты после меня. Пообщаться. И для того, чтобы сделать вид, что убирает. В мытье полов уличен не был. Цветы драл на клумбах и таскал в номер, но со стола так и не вытер. Полотенца менялись.

Кстати, пляжные полотенца самого лучшего качества можно было получить у раздавальщика с помощью очень маленьких чаевых, впрочем, и до чаевых тоже. С помощью улыбок. И об улыбках. Пресловутая доброжелательность египтян… Почему не говорят о французах, к примеру, «но они такие доброжелательные»? Пытаясь найти на лицах и в глазах это самое чувство, я видела не только и не столько радушие, а равнодушие, а также хитрость, жадность, похотливость, обиду, злость. Какого конкретного добра именно египтяне мне желали, не поняла. Типа как о зверях в зоопарке: «У них зубы и когти, они могут отнять и сломать вашу кинокамеру. Но такие доброжелательные!».

Не все эпизоды общения с египтянами я буду описывать. Сообщу о самом неприятном. Это уж как водится. Только не знаю, как…

Вы не подумайте, что я там была одна такая. За неделю пребывания в отеле я немало насчитала заболевших людей. Мы узнавали друг друга по выражению лица. Особенно за столом. Кстати, после вполне официальных подтвержденных местным врачом отравлений, никакой диетической еды получить в ресторане не удавалось. «Поезжайте в город, купите в магазине», — советовали представители «Пегаса». Но как в суде, с чужих слов пересказывать не берусь. Только о себе.

Долго сомневалась — надо ли… Решила — пусть надо мной посмеются, а кому-нибудь польза будет. Несмотря на то, что я остерегалась есть и то, и се, что-то мне этакое попалось… Эх, хорошо живущим по принципу «Больше грязи, шире рожа»! А я отравилась как положено: с увеличением печени, болями во всем организме, температурой до бреда и прочим, без чего в таком деле не обходится. К утру оказалось слегка запачканными одно полотенце и пол в ванной. Несмотря на трясущиеся руки и ноги, попыталась смыть в отверстие слива в полу. Конечно, в Египте пол был скошен в обратную сторону. Приняв еще одну пригоршню таблеток, поплелась умирать на пляж, к людям.

Почему не обратилась к врачу? Попасть на экскурсию в больницу не хотелось. А также привезти в качестве сувенира какой-нибудь гепатит.

Мой уборщик к тому времени уже показал себя со всех сторон наилучшим образом. Сначала расписывал, как он любит русских. Потому что все эти немцы, итальянцы, французы заносчивые и противные. Объяснил, что он неженат. Кто бы сомневался! Потом стал пытаться дарить какую-то бижутерию. Не помогали ни сказки про мужа и двоих (во-о-от таких!) детей, ни перевод отношений в деловую сферу при помощи вручения чаевых, ни вывешивания таблички «Не беспокоить». Беспокоил. Нахально приходил, стучал, звонил, таращил глаза на фрагменты организма. Уже и бутылку горилки с перцем приносил. Наверное, после горилки как раз все и получается. Половину литровой бутыли как-никак было израсходовано. Я пыталась относиться к этому снисходительно, получалось уже плохо.

А тут совсем плохо получилось. В номере я весь день не была, незачем было. Чай пила в ресторане. Спала на пляже. Боялась одна остаться. А вечером, когда темнело уже, прихожу в свой номер, и «в зобу дыханье сперло». Лужа в углу ванной комнаты на месте осталась. Полотенца поменял все четыре. Но! То самое, грязное, полотенце уборщик сложил испачканным наверх и положил так на кровать. Не буду описывать свои эмоции. Когда этот правоверный мусульманин стал барабанить в дверь, я уже с помощью туалетной бумаги ликвидировала лужу и приняла душ. Пока не оделась и не высушила волосы, не отзывалась и не открывала. Не уходил. Чувствовала себя как монастырь в осаде сарацинов. С ключом в руках я открыла дверь и прошла молча мимо, услышав вслед… Что же? Что не надо полотенца на пол бросать. Без комментариев.

Напоминаю, что ехала я набраться здоровья и дать отдых нервам. А единственным плюсом инцидента было то, что больше я эту рожу не видела. Никогда. В день отъезда он почистил моей зубной щеткой то ли раковину, то ли пол. Нет, у меня не паранойя, а хорошее зрение. Так и закончился международный конфликт. Не хотите ли вы сказать, что я должна была отправиться с этим в администрацию? Не думаю.

И я отправилась в Петру, а портретов президента в кошельке оставалось немного: в Египте не уважали свою валюту совершенно. Рассчитываясь везде наличными долларами, и я не знала, что их у меня оставалось только 42 , т.к. привыкла рассчитывать на карту. Напрасно.

Прямо в самолете выяснилось, что за визу оплата дополнительная. Я терпеливый человек. Это после всех воплей о сервисе… Хм-хм… Но все же я понимаю, что цена экскурсии — 300 долларов, не располагает представителей Пегаса пугать народ дополнительными расходами. Что у русского человека непременно должно быть наличных, как у дурака махорки, но… 26 долларов отдала я за въезд в Иорданию, и, наконец, сосчитала, сколько у меня остается денег. А 15 за въезд обратно в резервацию? Пардон, в Шарм-эль-Шейх. 42-26-15=1 (!!!) У вас когда-нибудь так было?

Странно. Но короткое пребывание в Иордании оставило о себе гораздо более приятное впечатление. Маленький чистенький (!!!) аэропорт в Акабе. Достойная, свежая и вкусная еда. Вежливый без заискивания обслуживающий персонал. Вино было хорошим! Кофе отличным! И это в самой туристической Петре! Казалось бы — трави всех, все равно больше одного раза не придут.

Но тут я погорячилась. По Петре можно ходить не один день, что и делают приезжающие в Иорданию туристы. Наслаждение необыкновенностью окружающего, сказочностью происходящего с тобой, ощущение причастности к вечному в этом месте заставят позабыть о жаре, сухом ветре и боли в ногах. Обо всем на свете. Только не об отсутствии у тебя, идиота, денег. Это я опять о себе.

Сначала я приставала к нашему местному гиду Наташе, русской жене иорданского мужа. Ничего о перспективах обналичивания ей известно не было. Затем — к египетскому сопровождающему, мне нужен был только банкомат, больше ничего, но на худой конец и взаймы. Полное неумение одолжаться привело меня к получению туманного обещания ввезти в Египет бесплатно. И только. Деньжат бы мне маленечко! Дополнительная головная боль — мысли о «бесплатности» услуги и ее реальном воплощении. Уже когда мы приехали к Петре, местный полицейский сказал, что я могу доехать на такси до банка в городке. Благодарю покорно. Общение один на один с таксистом плюс последующая погоня за группой? За пять дней в Египте я оказалась полностью запуганной бабой. И отправилась в Петру без денег.

Ой, подождите! Лично я еще не читала отзывов тех, кто ездил в Иорданию из Египта. Так что попытаюсь принести пользу тем, кто дотерпел меня до конца. Итак. Я уже сообщила про цену поездки, визу и авиаперелет. Подъем в четыре, маленький самолетик человек на 40-50. Полет над морем в рассветные часы. Люблю летать над морем и горами! Аэропорт в Иордании — через дорогу Израиль, город Эйлат. Быстренько прошли таможню. Путь до Петры часа два-три, по-моему, прошел незаметно. Наташа очень интересно рассказывала об Иордании. О древнейшей истории, о политике, о современном обществе. С гидом нам повезло. Прощаясь, мы устроили ей настоящую овацию.

На пути была остановка в придорожном магазинчике. Мы делали покупки (об идиотах см. выше), пили чай и кофе, кто-то доедал сухпай. В магазине было много соли Мертвого Моря в больших пакетах и косметики Мертвого моря разных фирм. Тех, кто купил эту самую соль, почему-то начали трясти таможенники на обратном пути, даже больше чем счастливых обладателей страшных бедуинских ножиков. А косметику можно было купить в дьютике дешевле. Что я и сделала, наконец, с помощью карты. Косметика фирмы Rivage (совместно с Францией) оказалась на высоте. Я почти специалист, так что поверьте: лучше всех израильских, кои доводилось пробовать, конечно.

Уж не знаю, кто о чем думал, наблюдая пейзаж. А я… Вот есть же душистые степи, тенистые леса, прекрасные реки, холмы и голубые озера. Горы, наконец, и, бог с ними, джунгли. Если бы меня таскали хоть один год по пустыне, уж я бы того Моисея раздраконила… Пустыня Луны, пустыня еще чего-то там… Как их можно отличить друг от друга, где их граница? КАК ЖИТЬ? Живут, не тужат. Под черным небом и палящим солнцем, на сухом ветру. Посели-ка их в мою коробочку высотой 270 см, страшно подумать…

Кажется, я упоминала о грозящей мне «погоне за группой»? Собственно дорогу в Петру и по Петре можно разделить на три части. 1. Не защищенная от солнца дорога до ущелья меньше километра длиной, а под ногами по щиколотку размолотый камень-песок-пыль. 2. Дорога по ущелью около трех километров в тени и по твердому камню. 3. Сама Петра — от 5 км до бесконечности, насколько хватит энтузиазма. И обратно. Не забудьте вернуться.

Конечно, туристам как можно быстрее хочется попасть в вожделенный город древних набатеев, а также под защиту стен ущелья — это в пути «туда». Некоторые устают так сильно, что путь «обратно» тоже хотят проделать на большей скорости, чем пешеходная. Для этого существует бедуинская мафия перевозчиков на верблюдах, лошадях, осликах, в фиакрах. Все это стоит порядочных денег (торг уместен), они называют свои деньги «иорданские доллары», можно перепутать, а курс 1,5 американских…

Пока группа весело запрыгивала на скакунов, я в задумчивости стояла, очки и поля шляпы не позволяли увидеть выражение моего лица. Энергичного шепота, надеюсь, тоже никто не слышал. Тогда почему же ко мне подскочил фотограф? Из тех, кто делает снимки в первом действии циркового представления, а приносит во втором. Вот почему-то цирк вспомнился. Загадки ассоциативного мышления.

Бежать за группой вприпрыжку было глупо. Фотограф сказал: «Садись на мою лошадь». По-английски, конечно, это вам не Египет. Почему-то сейчас в мозгах занятых только деньгами проклюнулось: «А почему ты в юбке, кретинка?». И я совсем затосковала. Наскоро договорилась с мальчишкой-погонщиком — пора было отправляться за коллективом.

Я думаю, транспорт принадлежит нескольким хозяевам небольших (или больших?) табунков. А мальчиков они нанимают. Или это члены семьи? Ужасно интересно, когда ничего не соображаешь, строить предположения! Лошадка оказалась очень удобной, узенькой. Не то, что на нашей кляче: сидишь, как на столе. Правильно сделала я, что пожалела маленького ослика. И испугалась худых линяющих верблюдов.

Да длинная была моя юбка, получились шорты в складку, а то подумаете еще чего…

Не успела я оглянуться, как бедуинский мастер сфоткал на бегу весь наш коллектив и его нос оказался у моей коленки. Пес его знает почему, но первая попавшаяся лошадка, оказалась именно его. Та, на которой он ездил целый день вокруг туристов. В роли мальчика-погонщика он успешно выступил сам. Я узнала, как сильно ему понравилась, засмеялась, а пока хохотала, доехала. Секретное женское оружие — глупый смех. Помогает не отвечать на вопросы, тянуть время и показывать зубы. Это если есть. И гланды, но это совсем ни к чему. Ура, деньги на обратную дорогу сэкономлены!

А в ущелье стало просто здорово. Мы шли в прохладе древних мягких скал. Синий, фиолетовый, желтый, белый, розовый, красный, какие еще? Скалы переливались кем-то сосчитанными восемью цветами. Из камней вырастало инжировое дерево. Мы видели ноги погонщика и его верблюда — остатки древней скульптуры. Здесь жили люди. Как велик человек, который мог поселиться и жить в безводной пустыне, собирая каждую росинку и дождинку в построенные цистерны, соорудив систему водопровода! Так, чтобы хватило путникам, верблюдам и собственно жителям города. Сик мне понравился еще больше, чем Эль Хазна. До монастыря я не добралась.

Про Великий Шелковый путь я вам докладывать не собираюсь. Найдете, что почитать. Или посмотрите про Индиану Джонса. Хм… Я-то не видела, но говорят, что этот киногерой в Петре побывал. Но повторяю не первый и не последний раз: там было восхитительно. Это уж точно, настоящее чудо света. В Иордании этих памятников древности как грязи. Петра, конечно, наиценнейший, но и на ее исследование денег не хватает. Археологические исследования то идут, то не идут. И мы бродим с ошалелыми глазами. И бедуины, один дедушка потолще и повыше других был так похож на Омара Шарифа в какой-то такой роли…. Бедуинские детишки, торгующие на всех языках. О-о-о… Я увидела бедуинское серебро. Повторяю: бедуинское. То есть состоящее в основном из железа. Но только отсутствие зеленых бумажек причина того, что я не вернулась домой как лошадь в свадебной сбруе. Как жалко…

С гидом мы шли по нижней части Петры, но ведь есть и верхняя, можно полезть вверх по ступенькам в скалах и увидеть все вблизи. Там еще больше интересного. Что я и сделала после обеда. Очень-очень интересного, таких видов, пещер, необыкновенной красоты, что даже ноги у меня нисколько не заболели от ходьбы. А вот если бы надела обувь на плоской подошве, точно умерла от растяжения мышц. Всю жизнь убеждаюсь, что бесполезных советов тьма. А давать их как люблю! Конечно, под ноги смотреть приходилось, вот я и высмотрела какой-то керамический черепочек с рисуночком. Рядом — другие, копнула каблучком — несколько черепков другого качества, кусок какой-то большой трубы с известковым налетом. И не удержалась — ограбила археологический памятник на эти несколько осколков, бог знает какой, древности. Монет я не нашла, да и не искала ничего специально, все это случайно получилось.

Совершенно обалдев от всего, даже не поняла, что опаздываю к автобусу. А после обеда, отобравшего денежки за напитки, рассчитывать я могла только на свои ноги. И лошадь в самом конце пути. Красная как помидор «прибежала» я, в меру слабых своих возможностей, к выходу из ущелья. Быстренько за последние бумажки наняла лошадь.
И началась комедия. У безусого погонщика моментально глаза подернулись маслом, и он страстно зашептал что-то о моей внешности… Мало этого. Лошадь подо мной пошла зигзагами! Медлен-но… На что я у него была похожа, о-о-о… повторять не буду. Как будет «томат» по-английски он еще не знает, наверное…

«Быстрее, быстрее, у меня очень мало времени» — пыталась я протолкнуть свою идею в мальчишечью голову. А он все спрашивал меня, не боюсь ли я. Чего бояться, его что ли? Я опять начала похихикивать. Беседа была странная, величина скорости стремилась к бесконечно малым, не побежать ли мне самой из последних сил к финишу? Ура! Явился рыцарь-избавитель на черном коне!

— Я сказал, чтобы ты меня подождала. Что же ты?
— А кто меня знает?

Не спрашивая моего согласия, меня быстро пересадили с одной лошади на другую. «Все-таки с взрослыми людьми как-то проще» — подумала я с облегчением.

Оскорбленный юнец шествовал за нами, как потом выяснилось, чтобы стребовать с меня штраф — деньги за проезд. Мужчины во всех странах одинаковы — за отсутствие взаимности наказывают рублем или другой валютой.

Но проще стало ненамного. И этот чудик спрашивает, не боюсь ли я? Я не боюсь, а опаздываю! Нет, нет, не боюсь. Надо же узнать, чего именно. И вот уже мой конь карабкается, не знаю, под каким углом, на скалы. Подвизгивая от страха (вот и узнала, что боюсь), оказываюсь в какой-то раскрасивой точке съемки. Поскольку цвет лица еще не утратил приятный малиновый оттенок, отказываюсь сниматься, затем отказываюсь спешиться, отказываюсь поцеловать фотографа в щеку, только милостиво подаю руку для поцелуя. Сама обмираю, как бы не переборщить с суровостью. Вперемешку с отказами повторяю как заведенная: «Быстрее, у меня мало времени!».

Однако, на дорогу мы вернулись, слезли с этой верхотуры. По дороге шагали верблюды, ишачки, лошади и пешеходы. Одна местная девушка, месившая пыль в полной национальной экипировке, подарила меня таким взглядом… О, аллах, помоги ей принять меня за немку! Хм-хм… патриотизм принимает неожиданный облик.

Все закончилось замечательно. Фотограф отобрал у кого-то еще одну лошадь, и мы поскакали! Скакать оказалось неудобно, но быстро. Последние деньги я отдала обиженному мальчишке, от фотографа быстренько избавилась, вернулась вовремя, и водой меня напоили соотечественники, спасибо, родненькие. Я даже успела купить в лавке видеокассету, на английском языке, а вы что хотели? В отличие от Луксора, и карту приняли, и кассета оказалась нормального качества. Почему-то совершенно не устала. И въехала в Египет бесплатно не в виде особой услуги сопровождающего Хасана, а вместе со всеми теми, кому паспорт для последующих экскурсий уже не был нужен.

Ребята, господа, товарищи! Самое лучшее, красивое, необыкновенное на Синае — Петра! Извините, в монастыре св.Екатерины не была, в пустыне не ночевала. Ах, Израиль тоже не посещала. Но монастырей на земле навалом, пустынь тоже немало (о, ужас!). А Петра одна.

День последний в Шарме не подкачал: оставил свой след в незабываемом отдыхе. Еще дома я была проинструктирована об обычной (заметьте) практике: номер нужно освободить в 12.00, но т.к. самолеты у вас все вечерние, оставляют несколько бесплатных свободных номеров, где люди, группируясь по половому признаку, моются-переодеваются. Однако можно и свой номер продлить до вечера, за какие-то деньги. Не тут-то было. Процедура оплаты дополнительного времени откладывалась на самый крайний срок. «Приходите после 10 утра в день отъезда», — так говорили за стойкой, и я поверила. А в 10.05 уже клубилась взбудораженная толпа краснолицых россиян, которым номер… отказались продлевать. Слишком большой заезд сегодня. Скандал был безобразный, россияне беспомощно требовали друг от друга написать жалобу (на что, собственно?), приводили в пример (кому?) немцев, кричали всякие глупости по-русски. Египтяне все слова едва ли понимали, но явственно темнели лицом. Участвовать в этом было бесполезно.

Что мог сделать представитель турфирмы, для которой отель RRR — БАЗОВЫЙ? Что сказала мне наша беспомощная Алена из «Пегас-туристика»? Что кое-кто пришел в 8.00 и номера все-таки продлил, а теперь оказалось слишком много желающих, свободные номера кончились. Что египтяне теперь обиделись и никаких даже общаковских номеров не дадут. Что она попробует…

Результат этих проб мне был и так известен. Как спросил один козел, «кто останется у нас в дураках на этот раз»? Свободных сейфов не было. Я бодро упаковала вещи, вытащила чемодан из номера к двери, а вещи для переодевания и документы потащила с собой на пляж. Рассчиталась за все картой, отдала ключ от номера. Что заставило меня рисковать своими документами и прочим барахлом? Отчаянная мысль, что хуже уже не будет? Эйфория от близости отъезда? Или заразилась чем в Египте? Не знаю…

Меня не обокрали. Душ я нашла в спортивно-банном корпусе, тут и пригодилось домашнее полотенце. И все получилось. У меня. Я ведь не семья с двумя детьми, и не беременная. Как у них получилось, не знаю.

Познакомившись (поздно!) с впечатлениями других туристов, я с удивлением обнаружила, что даже самые радостные из них не сильно отличаются от моих. Давайте твердый отпор наглым попыткам обмануть, обсчитать и оттра..ть! Прикормите чаевыми всех — тогда получите что-нибудь приличное! «Пегасу» спуску не давайте! Самолет берите только утром! Смотрите в оба! Кругом одни жулики! Чуть что — грозите туристической полицией! Не забудьте взять из дома все лекарства из аптечки и напитки из бара! Какой отличный отдых в Египте!

Примерно такие же запоздалые рекомендации услышала я в последний день в Шарме. Не выдержала и взмолилась: «Люди добрые, я тут в первый и последний раз. Выполнила свою культурную программу и уношу ноги. Но зачем вы приезжаете на этот театр военных действий по одиннадцать раз? К чему конкретно вас так тянет вернуться?». Народу собралось много, однако с минуту висело молчание. «Море, рыбки…» — услышала я жалкий лепет. И никто не сказал: «Сфинксы, пирамидки…», что я лично постаралась бы понять. О, загадочная русская душа!

Когда какая-то дама темпераментно жестикулируя в лобби-баре кому-то объясняла, что она заплатила деньги, и ее должны уважать, я вспоминала одну цитату. Неточно и без кавычек. Есть лев, царь зверей, но он уважает бегемота и слона. И только лобковая вошь не уважает никого. Ну и хватит об этом.

В Москве было холодно, и шел дождь, но назад ехать не захотелось. В день приезда я храбрилась, стараясь блеском глаз замаскировать оттенок зелени в лице. Но материнское сердце не обманешь! После всех моих натужных попыток выдавить что-то веселенькое, мама только и сказала со скорбью в голосе: «Что же ты в Венгрию не поехала?».

Теперь я рассказываю всем желающим только о Петре. Так, как будто съездила в Иорданию, а не в Египет. Проходя мимо витрины магазина подарков щедро украшенной скарабеями и Нефертетями, вздрагиваю и отворачиваюсь. Мои черепочки как вещественные доказательства существования великой Петры и моего краткого путешествия лежат себе в коробочке…

Марина Игнатова
26/10/2004 17:24

Источник